НПЗ Украины: где находятся заводы и работают ли они в 2026 году

Зміст статті

Кратко

В Украине шесть классических НПЗ плюс Шебелинский газоперерабатывающий завод, который тоже выпускал бензин и дизель.
Проектная мощность всей системы — более 50 млн тонн нефти в год. Это в разы больше внутреннего рынка топлива.
До февраля 2022 года реально работали только Кременчуг и Шебелинка. Вместе они покрывали до 20% рынка светлых нефтепродуктов.
После ракетных и дроновых ударов полноценная крупная переработка фактически остановилась. Страна живет на импорте.
Собственная добыча нефти мала: только «Укрнафта» в 2024 году дала 1,418 млн тонн. Даже работающий гигант всё равно нуждался бы в импортном сырье.
Восстановление возможно, но это не «починить трубу». Это миллиарды евро, новая логистика и завод, который снова станет мишенью.

Если нужен короткий актуальный ответ: нефтеперерабатывающие заводы Украины на карте еще есть. Как живая отрасль — почти нет. Шесть площадок с советскими и даже австрийскими корнями, красивые цифры проектной мощности и пустые колонны. Рынок бензина и дизеля уже несколько лет держится не на внутренней переработке, а на бензовозах из Польши, Румынии, Литвы, Греции, Индии.

Пишу это без драматического шепота. Отрасль начала сыпаться задолго до полномасштабного вторжения. Ракеты добили то, что уже едва тлело. Ниже — кто, где, какой мощности, почему остановился и что с этим делать, если вы не министр энергетики, а просто хотите понимать, откуда топливо в баке.

Как из сырой нефти получается бензин

НПЗ — это не «большая цистерна с краником». Это последовательность установок, где нефть сначала разделяют на фракции, а затем доводят их до товарного топлива. Без вторичных процессов вы получите много мазута и мало нормального бензина. Именно здесь украинские заводы исторически проигрывали европейским.

Типичная цепочка выглядит так:

Электрообессоливание и обезвоживание — из нефти убирают соли и воду, иначе колонны съест коррозия.
Атмосферная перегонка (АВТ) — сырье нагревают примерно до 350 °C и разделяют на газы, бензиновые фракции, керосин, дизель и мазут.
Вакуумная перегонка — из мазута при пониженном давлении извлекают вакуумный газойль, который затем идет на крекинг.
Каталитический крекинг и риформинг — «тяжелое» ломают на бензин, октановое число поднимают.
Гидроочистка — серу извлекают водородом. Без этого Евро-5 не получается, только едкий «совковый» дизель.

Глубина переработки на старых украинских площадках держалась в районе 55–65%. В развитых странах норма — 80–90% и выше. Разница не академическая. Она означает: из той же тонны нефти европейский завод делает больше светлого топлива, меньше мазута и меньше выбросов. Наши гиганты проектировались ещё под советскую энергетику, где мазут спокойно сжигали на ТЭС.

На практике, когда объясняю это людям вне отрасли, всегда рисую одну и ту же картинку: проектные 50 млн тонн — это не «мы можем залить всю Европу». Это максимум установок, построенных под другую страну, другую логистику и другое качество топлива. Загрузка большинства украинских НПЗ уже в 2000-х падала до четверти, а то и ниже.

Сколько нефтеперерабатывающих заводов в Украине и где они

Международное энергетическое агентство насчитывает семь предприятий суммарной проектной мощностью 50,4 млн тонн в год — примерно вчетверо больше внутреннего рынка нефтепродуктов. В этот список входят шесть классических НПЗ и Шебелинский ГПЗ. Цифры по отдельным площадкам в разных отчетах «плавают» на миллион-два: кто-то берет первую очередь, кто-то — пик после расширения. Порядок величин такой.

Предприятие	Город / область	Старт	Мощность, млн т/год	Фактическое состояние
Кременчугский НПЗ (Укртатнафта)	Кременчуг, Полтавская	1961–1966	18,6	Остановлен после ударов 2022–2023, инфраструктура сильно повреждена
Лисичанский НПЗ (ЛИНИК)	Лисичанск, Луганская	1976	около 16 (первичная переработка)	Не работает с 2012 года, с 2022-го — на оккупированной территории
Херсонский НПЗ	Херсон	1938	7,1	Остановлен в 2005-м «под реконструкцию», которая так и не состоялась
НПК «Галичина»	Дрогобыч, Львовская	1863	2,3–3,5	Стоит с конца 2000-х / начала 2010-х, банкротство, долги на миллиарды
Одесский НПЗ	Одесса	1938	2,8	Остановлен в 2010-м, короткое оживление в 2013-м, далее простой и юридический хаос
«Нефтехимик Прикарпатья»	Надворная, Ивано-Франковская	1897	2,6	Остановлен в 2008–2009 годах
Шебелинский ГПЗ	Харьковская область	1960	около 1,0	До войны работал, далее — удары и остановка полноценной работы

Смотреть нужно не на левый столбец «млн тонн», а на правый. Проектная мощность без сырья, катализаторов и рынка — это табличка на проходной. Ниже разберем каждую площадку отдельно, потому что истории у них разные, хотя финал похож.

Кременчугский НПЗ: бывший флагман

Это крупнейший нефтеперерабатывающий завод Украины. Проектная мощность первичной переработки — 18,6 млн тонн в год. Строительство началось в начале 1960-х: первые установки запустили в 1961-м, как отдельное предприятие завод часто датируют 1966 годом. Работал на украинской, российской, казахстанской, азербайджанской нефти. Держал трубопроводы с востока страны и с направления Самара — Лисичанск.

Именно здесь впервые в Украине поставили промышленный каталитический крекинг и риформинг. Позже освоили бензин и дизель стандарта Евро-5. До 2008-го площадка обеспечивала около 30% рынка нефтепродуктов. Затем загрузка упала. В 2012-м переработали 3,091 млн тонн. В 2016-м — около четверти мощности. В 2017-м — 2,35 млн тонн. Работало более 4 тысяч человек, в начале 2020-х ближе к трем тысячам.

Владелец — ПАО «Укртатнафта». В капитале долго сидели государство через «Нафтогаз» и структуры, связанные с группой «Приват». Здесь была своя многолетняя корпоративная война за акции, суды, татарстанский след. Для потребителя на заправке это мало значило. Для инвестиций в модернизацию это имело большое значение. Деньги в колонны вкладывают тогда, когда понятно, кому завод принадлежит завтра утром.

2 апреля 2022 года по предприятию ударила российская авиация. На следующий день тогдашний глава Полтавской ОВА Дмитрий Лунин сказал, что завод «полностью уничтожен». Далее были удары 24 апреля, 12 мая (четыре ракеты), 18 июня (шесть ракет). В сентябре и ноябре 2023-го — дроны, пожары, снова остановки того, что еще тлело как база хранения. По словам тогдашнего премьера Дениса Шмыгаля, с начала вторжения по кременчугской площадке выпустили 69 ракет и 260 дронов. Расследование CEOBS по спутниковым снимкам фиксировало повреждения как минимум 19 больших резервуаров уже после первой апрельской атаки.

Замечал одну и ту же ошибку в разговорах: «Кременчуг стоял, значит отрасль жила». Нет. Он был последним крупным, и даже он годами работал на мизерной загрузке. Ракетный удар не убил цветущий кластер. Он снял последнюю большую установку, которая еще дымилась.

Лисичанский НПЗ: остановили еще в 2012-м

Второй по мощности. Первую очередь запустили в октябре 1976-го, вторую — в 1979-м. Стартовая мощность была около 8 млн тонн, затем ее нарастили. Две установки АВТ давали около 16 млн тонн первичной переработки. В начале 1990-х рекорд — 23,7 млн тонн сырья за год. Был крекинг на 2,2 млн тонн, гидроочистка дизеля и керосина, изомеризация бензина, сера, полипропилен, битумный блок.

После 2000-го контроль перешел к ТНК, впоследствии — к структурам «Роснефти». 15 марта 2012 года завод остановили: официально из-за убыточности и «ремонта». Ремонт затянулся навсегда. Часть аналитиков прямо писала, что российскому владельцу было выгоднее кормить украинский рынок своим топливом, чем держать конкурента в Луганской области. Это одна из версий, не приговор суда. Факт проще: с 2012-го колонная переработка там не шла.

В 2014-м Лисичанск уже был в зоне боевых действий. В 2022-м завод штурмовали, территория оказалась в оккупации. Оборудование, которое 10 лет стояло без сырья, война точно не улучшила. Восстановление этой площадки — вопрос не «когда включить рубильник», а будет ли вообще украинская власть над Лисичанском и что от установок останется.

Дрогобыч и Надворная: где отрасль начиналась

Западные нефтеперерабатывающие заводы Украины — это не советский гигантизм, а старые европейские промыслы. Борислав, Дрогобыч, Надворная. Здесь нефть гнали еще при Австро-Венгрии, когда Львовщина была ближе к Вене, чем к Казани.

НПК «Галичина» в Дрогобыче — старейшее нефтеперерабатывающее предприятие страны. Год основания — 1863-й, иногда упоминают 1866-й. Мощность на середину 2000-х — около 3,5 млн тонн, в поздних оценках ближе к 2,3 млн. После кризиса 2008–2009 годов модернизацию свернули, переработка угасла. В собственности долго были Фонд госимущества (25%) и офшорные компании орбиты «Привата». Долг перед «Укрнафтой» считали миллиардами. В декабре 2023-го суд открыл дело о банкротстве, позже предприятие признали банкротом с обязательствами более 18 млрд грн.

«Нефтехимик Прикарпатья» в Надворной построили в 1897-м как сезонный завод: работал летом. После войны восстановили, в 1980-х это уже было механизированное предприятие с двумя десятками видов продукции — от бензина до парафина, кокса и синтетических жирных кислот. Мощность на 2005-й — 2,6 млн тонн. 3 сентября 2008-го группа «Приват» объявила остановку переработки, 15 января 2009-го завод встал. На тот момент там работало около 1,5 тысячи человек. В 2008-м переработали лишь 281,4 тыс. тонн — на 67% меньше, чем годом ранее. В мае 2025-го территориальная община Надворной просила национализировать площадку из-за риска экологической аварии на законсервированном хозяйстве. Это уже не про бензин. Это про то, что мертвый НПЗ тоже опасен.

Западные площадки имеют одно преимущество, которого нет у Кременчуга и Лисичанска: они дальше от фронта и ближе к ЕС. Сергей Куюн из Консалтинговой группы «А-95» именно поэтому считал Дрогобыч более перспективным для послевоенного рестарта, чем Одессу. Логистика, труба от южного порта, меньше прямого конфликта с кременчугским хабом. Но «интереснее» не значит «готовый». После 15 лет простоя вы покупаете не завод, а площадку, долги и ржавчину.

Одесса и Херсон: юг без переработки

Одесский НПЗ поставили в 1937–1938 годах в Пересыпском районе как крекинг-завод под бакинские мазуты. Во время Второй мировой оборудование эвакуировали в Сызрань. После восстановления перешли на нефть, в 1970-х прекратили сброс промстоков в Черное море. В 1994-м итальянцы поставили гидроочистку дизеля и авиакеросина. На 2005-й мощность — около 2,8 млн тонн, глубина переработки когда-то достигала более 70% — как для Украины, неплохо.

С 1999–2000 годов контроль взял «Лукойл». В октябре 2010-го завод остановили: рынок, схема поставки нефти, экономика. В июне 2013-го россияне продали площадку корпорации СЭПЕК Сергея Курченко. Было короткое «восстановление выпуска», потом снова тишина. В 2017-м государство конфисковало актив, далее — инвентаризации, неработающие колонны, споры вокруг АРМА. Куюн отдельно подчеркивал: остатки одесского завода растащены, площадка внутри города, ценность сомнительная. Планы «запустить в следующем году», которые периодически появляются в областных программах, пока звучат как политическое желание, а не как график монтажа.

Херсонский НПЗ — 1938 год, третий по размеру, 7,1 млн тонн. В августе 2005-го его остановили на реконструкцию. Реконструкция должна была закончиться к 2010-му. Не закончилась. Собственность крутилась вокруг группы «Континиум» Игоря Еремеева. Первый этап модернизации когда-то рапортовали как завершенный, запуск откладывали. Далее пришла оккупация Херсона, деоккупация города, постоянные обстрелы. Говорить о рестарте завода в зоне регулярных ударов — это фантазия, не энергетическая стратегия.

Шебелинка: не классический НПЗ, но топливо давала

Шебелинский газоперерабатывающий завод под Андреевкой на Харьковщине запустили в 1960-м. Принадлежит «Укргаздобыче» в группе «Нафтогаз». Проектная мощность по сырью — около 1 млн тонн в год (в отчетах фигурирует и 1,05 млн). Это не 18 миллионов Кременчуга. Но завод умел делать товарные бензины А-92 и А-95, дизель и сжиженный газ. С 2018-го продукцию продавали под брендом Shebel, в частности Shebel 95 стандарта Евро-5.

Цифры, которые можно проверить. 2018 год: 481,1 тыс. тонн сырья, 388,2 тыс. тонн светлых продуктов, из них 130,6 тыс. тонн бензинов и 85 тыс. тонн дизеля, плюс 164,8 тыс. тонн LPG. 2021 год: 440,6 тыс. тонн сырья. Планировали установку изомеризации на 150 тыс. тонн и удвоение выпуска бензинов Евро-5 до 300 тыс. тонн к 2025-му. Война эти планы перечеркнула. Харьковская область — прифронтовая. Завод попал под удары в начале вторжения и остановил полноценную работу. Точного открытого баланса переработки за последние годы государство не публикует. Само отсутствие регулярной статистики уже много говорит.

Шебелинку часто выбрасывают из списка «настоящих НПЗ», потому что это газопереработка с конденсатом. Для бака автомобиля разница невелика: если из установки выходит Евро-5, это топливо. Для энергетической безопасности страны малый рабочий ГПЗ полезнее мертвого 16-миллионника.

Почему отрасль угасла еще до ракет

Удобная сказка: «все разрушила война». Нет. Война добила. Ломать начали раньше, и ломали сразу с нескольких сторон.

Дешевое российское и белорусское топливо заходило на рынок быстрее, чем украинский завод успевал отбить инвестиции в гидроочистку.
Глубина переработки 55–65% делала экономику слабой: много мазута, мало маржи на светлых.
Собственность была токсичной — российские компании, офшоры, суды за акции. Кто вложит сотни миллионов евро в актив, который могут отсудить?
Евростандарты с 2010-х требовали серы «как в ЕС», а установки 1970-х этого не умели без модернизации.
Трубы и порты были заточены под восточную нефть. Когда этот поток стал политическим оружием, заводы остались без понятного сырья.

До февраля 2022-го из крупных игроков дышали двое: Кременчуг и Шебелинка. Остальные — Лисичанск, Одесса, Дрогобыч, Надворная, Херсон — встали в промежутке 2005–2014 годов. Вместе две живые площадки покрывали до 20% рынка светлых нефтепродуктов. Остальное уже тогда возили. Просто возили из Мозыря и российских НПЗ, а не из Гданьска и Констанцы.

Есть еще бытовая иллюзия, которую я ловил в разговорах с водителями на трассах. Мол, «у нас же своя нефть, чего бы не гнать бензин». «Укрнафта» в 2023-м добыла 1,410 млн тонн нефти с конденсатом, в 2024-м — 1,418 млн. Это вся крупнейшая нефтяная компания страны. Большой НПЗ на таком объеме даже не чихнет. В 2018-м, по оценкам балтийских энергетических обзоров, украинские заводы переработали около 2,7 млн тонн, и примерно 80% этого сырья было украинского происхождения. То есть внутренняя добыча покрывала лишь маленький заводской режим, не индустриальный голод рынка.

Что изменила война

С весны 2022-го логика рынка перевернулась. Собственную крупную переработку выбили. Импорт из России и Беларуси отпал. Остались Европа, море, автоцистерны, железная дорога. Это больно ударило по цене летом 2022-го — кто жил тогда в Украине, помнит очереди и талоны лучше любого графика. Далее рынок научился. Импортеры выстроили сеть контрактов. Сети ОККО, WOG, UPG и другие держат львиную долю ввоза бензина.

Параллельно исчезла «подушка» мини-НПЗ. До 2022-го, по оценке Куюна, они давали 25–30% рынка — часто с вопросами к качеству и налогам. После ударов по нефтебазам и маленьким установкам их доля упала ниже 10%. Теневой сегмент сжался не из-за внезапной любви к акцизу. Просто враг жег резервуары, а «серые» площадки не имеют ни ПВО, ни страховки.

Обратная сторона: украинские дроны бьют уже по российским НПЗ. Это не восстанавливает Кременчуг. Но это показывает, насколько хрупка нефтепереработка как таковая. Большой завод — идеальная мишень: пожар виден из космоса, ремонт длится месяцами, топливо исчезает из региона. Строить новый гигант «как раньше» во время войны — приглашение к следующему удару.

Откуда сейчас бензин и дизель

После 2022-го импорт бензина стабилизировался около 1,24 млн тонн в год — почти как в 2021-м. Разница в географии. Тогда около 85% (около 1 млн тонн) шло из Беларуси. Теперь тот же миллион тонн заходит из ЕС. Польша и Румыния держат около 46% бензинового импорта. Добавляются Литва, Германия, Греция. Дизель — другая весовая категория. В 2024 году его ввезли 6,65 млн тонн, это около трех четвертей всего импорта моторного топлива. В отдельные месяцы 2025-го заметную долю взяла Индия — со всеми вопросами, из какой именно нефти сварен этот дизель.

Параметр	До 2022 (ориентир)	После ударов по НПЗ
Крупная внутренняя переработка	Кременчуг + Шебелинка, до 20% светлых	Фактически отсутствует как система
Мини-НПЗ	25–30% рынка	менее 10%
Бензин	~1,2 млн т, из них ~1 млн т из Беларуси	~1,24 млн т импорта из ЕС и других
Дизель	смешанный импорт, в том числе с Востока	6,65 млн т импорта в 2024-м, Европа + море
Главный риск	зависимость от РФ/Беларуси	логистика, акцизы, качество дальнего ресурса

Цифры импорта — из открытых обзоров enkorr и профильных мониторингов рынка. Они скачут месяц к месяцу: акциз, курс, удары по нефтебазам, очереди на границе. Тренд устойчивый. Украина больше не является страной, которая перерабатывает свою (и чужую) нефть в товарное топливо в промышленных объемах. Она является крупным импортером светлых нефтепродуктов с диверсифицированной, но все равно уязвимой логистикой.

Стоит ли восстанавливать заводы

Коротко: да, но не все и не «как было». Новый НПЗ «с нуля» на 10 млн тонн — это ориентировочно около 6 млрд евро. Модернизация кременчугской площадки до войны оценивалась примерно в 1 млрд евро. После десятков ракет цена другая, и ее честно никто не назовет, пока не будет аудита каждой колонны.

Имеет смысл думать не о шести заводах, а об одной-двух современных очередях с высокой глубиной переработки, гидроочисткой и гибким сырьем. Лучше 4–5 млн тонн реального Евро-5, чем 50 млн тонн мифической мощности. Локация — отдельный разговор. Кременчуг удобен по трубам и центру страны, но уже доказал, что является приоритетной целью. Дрогобыч ближе к границе ЕС. Одесса дает море, но завод стоит в городе, а порт бьют. Лисичанск и Херсон сейчас не про экономику.

Что точно не сработает:

Ждать «после победы» и ничего не проектировать. Конкурс, ОВОС, подрядчики, катализаторы — это годы.
Запускать мини-НПЗ как замену крупной переработке. Себестоимость высокая, качество гуляет, акцизный контроль слабее.
Строить снова 18-миллионный гигант в чистом поле. Рынок страны столько не съест, а враг съест охотно.
Путать консервацию с активом. Стоящий завод без персонала и запчастей за пять лет превращается в металлолом с экологическим хвостом.

По наблюдениям, чаще всего «восстановим за год» говорят люди, которые не видели вакуумную колонну после пятнадцати лет простоя. Ржавчина, разворованные насосы, мертвые системы КИПиА, отсутствие сварщиков с допуском. Это не слайд в презентации. Это 18 месяцев только на то, чтобы понять, что еще живое.

Частный интерес здесь возможен. Сети, которые уже возят топливо, имеют и деньги, и понимание рынка. Куюн отдельно упоминал ОККО как пример компании с доступом к международному кредиту. Государство может дать площадку, трубу, гарантии по сырью. Но без защиты неба ни один банк не подпишет кредит на НПЗ в зоне досягаемости «шахедов». Сначала ПВО и укрытия установок, потом сварка.

Для обычного потребителя практический вывод проще индустриальных мечтаний. Смотрите не на заголовки «Украина имеет 50 млн тонн мощностей», а на факт в чеке на заправке: топливо почти наверняка импортное. Имеет смысл выбирать сети с прозрачным паспортом качества, не гнаться за самым дешевым литром из непонятной бочки. Если интересуетесь темой как гражданин — читайте таможенную статистику и отчеты «Нафтогаза», а не фейсбучные карты «все НПЗ работают». Устаревшая вики-табличка со статусом «действующий» уже многим сломала картину мира.

Отрасль можно вернуть. Не в советском размере, не завтра, и не все шесть точек на карте. Один современный завод с нормальной глубиной переработки плюс живая добыча «Укрнафты» и конденсат «Укргаздобычи» — это уже другая страна, чем колонна бензовозов на Ягодине. Пока этого нет, нефтеперерабатывающие заводы Украины остаются уроком: мощность на бумаге не печет хлеб и не заливает бак.