Страны-экспортёры нефти 2024: рейтинг лидеров по продажам

Зміст статті

Коротко

Крупнейший продавец сырой нефти в мире — Саудовская Аравия: в 2024 году около 191 млрд долларов и свыше 6 млн баррелей в сутки.
Далее по стоимости поставок идут Россия, США, ОАЭ, Канада и Ирак. Пятёрка контролирует больше половины мировой торговли сырой нефтью.
Добыча и экспорт — разные вещи. США давно лидируют по добыче, но сами потребляют столько, что по чистому экспорту уступают странам Персидского залива.
ОПЕК уже не «половина рынка». После выхода Анголы и ОАЭ в организации 11 стран, а квоты всё чаще обходят.
Для Украины это история импорта, а не экспорта: собственная добыча покрывает лишь несколько процентов потребления нефтепродуктов.
Самое узкое место на карте — Ормузский пролив: через него в спокойные годы проходит около пятой части мировой нефти.

Страны-экспортеры нефти — это не просто список «богатых скважинами». Это карта того, кто реально продаёт баррели за рубеж, кто сжигает их дома и кто лишь перегоняет чужое сырьё через свой порт. Если смотреть на деньги, а не на пресс-релизы, картина 2024 года выглядит так: Саудовская Аравия впереди с большим отрывом, далее плотная группа из России, США, ОАЭ, Канады и Ирака. Вместе первая пятёрка закрывает около 52% мировой торговли сырой нефтью, а первые пятнадцать — уже свыше 90%.

Цифры ниже — преимущественно о сырой нефти, код 2709 в таможенной статистике. Нефтепродукты (бензин, дизель, мазут) — отдельная история: там в лидерах часто появляются Нидерланды, Индия или Сингапур, потому что там стоят гигантские НПЗ и хабы. Путать эти два потока — самый быстрый способ получить кривой рейтинг.

Глобальный рынок сырой нефти в 2024-м оценивался в 1,26 трлн долларов. Это больше, чем годом ранее, но всё ещё далеко от пика 2022-го, когда цены взлетели после полномасштабного вторжения России в Украину. Баррель живёт своей жизнью, и рейтинг экспортёров от этого тоже колеблется: кто-то выигрывает на объёме, кто-то — на сорте и цене.

Добыча и экспорт — не одно и то же

На практике эту путаницу вижу постоянно. Человек открывает новость «США — крупнейший производитель нефти» и делает вывод, будто Америка ещё и крупнейший продавец. Нет. Добыча показывает, сколько подняли из недр. Экспорт — сколько уехало за границу. Между этими числами стоит внутреннее потребление, НПЗ, запасы и импорт других сортов.

США в 2025 году добывали рекордные 13,6 млн баррелей сырой нефти в сутки — так считает Energy Information Administration. Это примерно на 40% больше, чем у Саудовской Аравии или России. И при этом американцы сами являются крупнейшим потребителем в мире. Часть лёгкой сланцевой нефти они продают, а тяжёлое сырьё для прибрежных заводов всё равно покупают. Поэтому страна может быть и экспортёром, и импортёром в один и тот же месяц. Звучит странно, но для нефти это норма.

Китай вообще отдельный случай. Добывает свыше 4 млн баррелей в сутки — то есть входит в мировую десятку производителей — и почти ничего не экспортирует. Всё идёт на собственные заводы. Венесуэла наоборот: крупнейшие доказанные запасы на планете, около 303 млрд баррелей, а по экспорту едва держится в третьем десятке. Запасы в земле не равны танкеру в море.

Производитель №1 не обязан быть продавцом №1.
Большие запасы ничего не гарантируют, если нет труб, портов и работающих месторождений.
Страна может экспортировать один сорт и импортировать другой — это не «ошибка статистики».
Реэкспорт через Роттердам или Сингапур рисует в таблицах «экспортёров», которых на самом деле нет среди добытчиков.

Вот почему ниже я разделяю стоимость поставок и физический объём. Иногда места в рейтинге не совпадают. Канадская тяжёлая нефть дешевле лёгкого сорта из Персидского залива, поэтому Канада по баррелям выше, чем по долларам.

Рейтинг крупнейших продавцов сырой нефти

Данные за 2024 год — наиболее полный срез, который сейчас можно собрать без натяжек. Источник стоимости — International Trade Centre, Trade Map. Объёмы в баррелях в сутки — смежная торговая статистика за тот же год. Цифры округлены.

Страна	Экспорт, млрд $	Доля мира	Объём, млн барр./сутки
Саудовская Аравия	191,1	15,2%	6,05
Россия	122,5	9,7%	4,52
США	118,5	9,4%	4,11
ОАЭ	114,9	9,1%	2,72
Канада	107,5	8,5%	3,57
Ирак	98,4	7,8%	3,36
Норвегия	49,7	4,0%	1,69
Бразилия	45,0	3,6%	1,71
Казахстан	42,9	3,4%	1,43
Нигерия	38,4	3,1%	1,52

Обратите внимание на разрыв после шестого места. Ирак ещё в «тяжёлом весе», а с Норвегии начинается другая лига: 40–50 млрд долларов вместо 100. Далее идут Кувейт, Ангола, Ливия, Оман, Мексика. Отдельно — Гайана: 18,2 млрд долларов и скачок более чем в 2,5 раза за год. О ней ниже, потому что это редкий случай, когда новичок реально меняет карту.

Ещё один нюанс, который почти никто не проговаривает в коротких рейтингах. ОАЭ продали меньше баррелей, чем Канада, но выручили больше денег. Более лёгкое сырьё, другой набор контрактов, другая логистика. «Кто первый» зависит от того, чем вы измеряете — тоннами или долларами.

Ближний Восток: где стоит центр тяжести

Саудовская Аравия удерживает первое место не потому, что «так сложилось исторически», а потому, что у неё сходятся три вещи: огромные запасы (около 267 млрд баррелей, вторые в мире), дешёвая добыча и запас свободных мощностей. Когда ОПЕК+ режет квоты, именно Эр-Рияд может убрать с рынка миллион баррелей и не обанкротиться в следующем месяце. Нефть и газ всё ещё дают около 40% саудовского ВВП и свыше 70% экспортной выручки — даже после лет разговоров о «диверсификации».

Внутреннее потребление в королевстве тоже немаленькое, около 3,7 млн баррелей в сутки. Поэтому из добычи 9–11 млн «на продажу» идёт не всё. Но и 6 млн баррелей экспорта сырой нефти — это отдельная экономика, больше многих стран. Основной покупатель — Азия. Для ОПЕК в целом Азия забирает около трёх четвертей сырого экспорта.

Ирак, Кувейт, Иран, ОАЭ

Ирак — шестой по стоимости и очень высокий по объёму. Бюджет страны сидит на нефти почти полностью, а инфраструктура после десятилетий войн так себе: трубы, порты, учёт. Кувейт меньше, но стабильнее. Иран официально показывает более скромные цифры из-за санкций; реальный поток, преимущественно в Китай, в торговой статистике часто недоучтен. Это как раз тот случай, где «цифра в таблице» и «танкер в море» могут расходиться.

ОАЭ — отдельный персонаж. Дубай давно живёт финансами и логистикой, Абу-Даби — нефтью. В мае 2026-го эмираты вышли из ОПЕК: хотели качать больше, чем позволяла квота, плюс политический фон в регионе стал слишком тяжёлым. Для рынка это сигнал. Организация, которая теряет ещё одного крупного игрока после Анголы, выглядит уже не как железный картель, а как клуб с дырявыми правилами.

Америка: сланцы, пески и новый игрок

США стали чистым экспортёром нефти и нефтепродуктов на рубеже 2019–2020 годов — впервые за десятилетия. Сырую нефть они продают в Европу, Азию, Мексику. При этом побережье Мексиканского залива до сих пор любит тяжёлые сорта, поэтому импорт никуда не делся. Если вам говорят «Америка энергетически независима», уточняйте: независима в сумме баррелей, не в каждом сорте отдельно.

Канада — четвёртый-пятый экспортёр, в зависимости от метрики, и почти безальтернативный поставщик для США. Нефтяные пески Альберты дают тяжёлое сырьё, которое гонят трубами на юг. Без американского рынка канадский экспорт просто некуда деть в таких объёмах. Это и сила, и уязвимость.

Бразилия и Гайана

Бразилия вышла в топ-10 благодаря глубоководным месторождениям presalt. Страна входит в более широкий формат ОПЕК+, но живёт своим ритмом: внутренний рынок большой, Petrobras качает и для себя, и на экспорт. Место в таблице — восьмое, с тенденцией вверх.

Гайана — история, которую до сих пор многие пропускают. Ещё десять лет назад это была экономика риса и бокситов. Затем блок Stabroek, ExxonMobil, и добыча с нуля до примерно 750 тыс. баррелей в сутки в 2025-м, а в отдельные месяцы уже под 900 тыс. Экспорт сырой нефти в 2024-м взлетел до 18,2 млрд долларов. Замечал: когда показываешь эту цифру людям, которые следят только за ОПЕК, они несколько секунд молчат. Потому что в голове «нефтяные страны» — это всегда Залив, никогда — маленькое государство в Южной Америке.

Для Европы гайанское сырьё стало одним из заменителей российского после 2022-го. Сначала баррели шли преимущественно в Америку и Европу, потом открылась Азия. Если планы по Uaru и другим проектам не сорвутся, к концу десятилетия страна может пересечь 1 млн баррелей в сутки. Для 800 тысяч населения это и бешеные деньги, и бешеный риск «голландской болезни».

Европа и Евразия: Норвегия, Казахстан, Россия

Норвегия — единственный крупный европейский экспортёр сырой нефти, который не играет в ОПЕК. Месторождение Johan Sverdrup в 2024-м дало рекордные 260 млн баррелей за год. Это одно месторождение. Для ЕС после эмбарго против России норвежские поставки стали не «одним из вариантов», а базой. В первом квартале 2026-го Норвегия была вторым партнёром ЕС по импорту нефти после США.

Казахстан — девятое место в мире и третий поставщик нефти для ЕС. Здесь есть горький нюанс. Основной маршрут — трубопровод КТК до черноморского порта, и он идёт через российскую территорию. То есть страна продаёт свою нефть, но логистика частично зависит от государства, которое ведёт войну. Отсюда постоянные разговоры об обходных путях, которые годами буксуют.

Россия в 2024-м оставалась вторым экспортёром по стоимости — 122,5 млрд долларов. Европейский рынок после эмбарго почти закрылся: в статистике Евростата в начале 2026-го доля России в импорте нефти ЕС упала ниже 1%. Баррели поехали в Китай и Индию, часто со скидкой и через «теневой флот». Это не исчезновение экспортёра, это смена покупателя. Для украинского читателя разница важна: деньги за нефть страна-агрессор всё ещё получает, просто не из Роттердама.

Африка: много флагов, неровный поток

Нигерия — десятое место и крупнейший экспортёр континента. Запасы солидные, добыча хронически ниже потенциала: кражи из труб, старые месторождения, периодические простои. Ангола в 2024-м вышла из ОПЕК именно из-за квот — министр прямо сказал, что стране от членства «ничего не светит». Ливия скачет от месяца к месяцу: то порт открыт, то снова стрельба вокруг месторождений. Алжир сильнее в газе, чем в сырой нефти.

Нигерия: большой экспорт, слабая предсказуемость.
Ангола: сознательный выход из картеля ради собственного объёма.
Ливия: качественная лёгкая нефть и политический хаос.
Конго, Габон, Экваториальная Гвинея: малые члены ОПЕК с малыми квотами.

Африканский экспорт легко выпадает из новостей, пока не случится авария на трубе или переворот. Для рынка это «хвост» по сравнению с Заливом, но для самих стран — почти весь бюджет.

ОПЕК и ОПЕК+: клуб, который уже не железный

ОПЕК создали 14 сентября 1960 года в Багдаде пять стран: Иран, Ирак, Кувейт, Саудовская Аравия и Венесуэла. Логика была простая — не дать международным компаниям единолично резать цену. Дальше состав гулял: приходили Катар, Индонезия, Ливия, ОАЭ, Алжир, Нигерия, Эквадор, Габон, Ангола, Экваториальная Гвинея, Конго. Кто-то выходил, кто-то возвращался.

По состоянию на 2026 год в самой ОПЕК 11 членов: Алжир, Конго, Экваториальная Гвинея, Габон, Иран, Ирак, Кувейт, Ливия, Нигерия, Саудовская Аравия, Венесуэла. Ангола ушла с 1 января 2024-го, ОАЭ — с 1 мая 2026-го. ОПЕК+ — более широкая конструкция с 2016 года: к картелю плюсуются Россия, Казахстан, Азербайджан, Оман, Мексика и ещё несколько производителей. Вместе это до сих пор большой кусок предложения, но уже не контрольный пакет мира.

Министры договариваются о квотах — кто сколько должен качать.
Саудовская Аравия держит «подушку» свободных мощностей и может как резать, так и добавлять объёмы быстрее других.
Часть членов регулярно качает сверх квоты. Наказания почти нет.
Не-ОПЕК (США, Канада, Бразилия, Гайана, Норвегия) на решения картеля реагируют ценой, а не дисциплиной.

Отсюда неровность рынка. ОПЕК+ всё ещё умеет дёрнуть цену на несколько недель. Но эпоха, когда Багдад или Вена решали всё, закончилась вместе со сланцевой революцией в Техасе.

Куда едет нефть и где её можно остановить

Сырая нефть не «летит» стране-покупателю. Она ползёт трубой или плывёт танкером через несколько узких горловин. Ормузский пролив между Ираном и Оманом в 2024 году пропускал около 20 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки — это примерно 20% мирового потребления жидкостей. Любая стрельба, мина или «проверка судов» здесь сразу бьёт по Brent.

Дальше — Малаккский пролив до Китая, Японии, Кореи; Баб-эль-Мандеб и Красное море; Суэц; мыс Доброй Надежды, когда Красное море закрывают атаки на танкеры. После 2023–2024 годов часть грузов из Персидского залива пошла длинным путём вокруг Африки. Это недели в пути и более дорогая страховка. Цена барреля в такой схеме — это уже не только добыча, а ещё и маршрут.

По наблюдениям после 2022-го, европейская карта изменилась быстрее, чем многие ожидали. США, Норвегия, Казахстан стали тремя главными партнёрами ЕС по нефти. Россию из этой семёрки убрали. Схема сработала не потому, что Европа «вдруг нашла новую нефть», а потому, что свободные баррели уже были в США, Норвегии, Бразилии и Гайане. Санкции без альтернативы заканчиваются дефицитом. С альтернативой — перестановкой флагов на танкерах.

Украина в этой схеме — покупатель, а не продавец

Собственная добыча нефти в Украине — около 7 тыс. баррелей в сутки. Потребление нефтепродуктов — свыше 200 тыс. Разницу закрывает импорт. В первом полугодии 2025-го страна ввезла 3,49 млн тонн нефти и нефтепродуктов на 2,82 млрд долларов. Главные поставщики по стоимости: Польша, Греция, Турция, Литва, США.

Это уже не советская схема «труба из России — и всё». Дизель и бензин заходят с европейских НПЗ, частично из американского сырья, частично из ближневосточного и средиземноморского. Экспорт украинских нефтепродуктов копеечный: несколько десятков тысяч тонн, преимущественно в Латвию. Ставить Украину в рейтинг стран-экспортёров нефти нет никакого смысла. Ставить в рейтинг зависимых от чужого барреля — есть.

Для нас практический вывод простой. Когда скачет Brent, в чек на заправке это приходит не мгновенно, но приходит. Когда что-то случается в Ормузе или на балтийских путях дизеля, украинский рынок чувствует это через польские и литовские оптовые прайсы. Мы не управляем предложением. Мы сидим на конце цепочки.

Типичные ошибки, когда смотрят рейтинг

Первая — смешивать сырую нефть и нефтепродукты. Нидерланды в топе «экспортёров» часто появляются из-за Роттердама: зашло морем, вышло рекой и танкером дальше. Это хаб, а не месторождение.

Вторая — смотреть только доллары. Год высоких цен поднимает Саудовскую Аравию и Ирак даже при стабильном объёме. Год скидки на российскую Urals опускает Россию в деньгах сильнее, чем в тоннах.

Третья — верить запасам как рейтингу силы. Венесуэла с 303 млрд баррелей в таблице запасов выглядит королевой. На причале её почти не видно: тяжёлая нефть, разваленная отрасль, санкции, нехватка инвестиций. Канада с меньшими запасами продаёт в разы больше, потому что есть труба до США.

Не путайте производителя, экспортёра и владельца запасов.
Не сравнивайте 2022-й (пик цен) с 2024-м без поправки на баррель.
Не ставьте Китай в «продавцы» только потому, что он много качает.
Не игнорируйте новичков вроде Гайаны: они уже в игре.

Четвёртая ошибка, уже политическая. После 2022-го часть людей решила, что «российская нефть исчезла с рынка». Она сменила адрес. Пока Индия и Китай покупают, экспорт живёт. Европейское эмбарго перекроило маршруты, не обнулило скважины.

Что с этим делать, если вы не министр энергетики

Если вам нужна рабочая картина мира, держите два списка. Один — кто качает. Второй — кто продаёт. Для новостей о цене смотрите ОПЕК+, сланцы США, Норвегию и любой заголовок про Ормуз. Для понимания европейского дизеля — США, Норвегию, Казахстан и загрузку НПЗ в Польше, Греции, Литве. Для Украины этого набора достаточно, чтобы не попадаться на громкие рейтинги с картинкой буровой.

Материал — обзор рынка, не инвестиционный совет и не прогноз цены. Баррель умеет удивлять даже тех, кто смотрит на него каждый день. Если же вы просто хотите запомнить одну фразу: страны-экспортёры нефти сегодня — это Саудовская Аравия плюс плотная группа из пяти крупных, а остальной мир торгует уже в другой весовой. И этот клуб медленно разъезжается: кто-то выходит из ОПЕК, кто-то (как Гайана) входит в таблицу почти с нуля.